Шоу-Biz

Екатерина Вилкова и Илья Любимов

Екатерина Вилкова и Илья ЛюбимовЭтой весной в семье актеров произошло знаменательное событие – рождение сына Пети. Небольшое интервью от молодой семьи: — Вы сразу решили назвать сына Петей? Илья.

С этим мы успели помучиться. Два дня он прожил с именем Антип, затем я посоветовался с нашим духовным отцом и принял решение назвать его Петром.

Катя. (Улыбается.

) Все было не совсем так. Нам обоим нравилось имя Антип, но за два дня до родов я внезапно поняла, что человек, сидящий в моем животе, совсем не похож на Антипа, и хочется мне почему-то назвать его Петей. Но настаивать на этом я не стала.

Пусть для начала младенец родится, а там посмотрим, на кого он похож: на Антипа или на Петра. На второй день своей жизни ребенок смог донести до нас, что он все-таки Петр.

Духовный отец это имя одобрил. Так что теперь у нас дома настоящая Петропавловская крепость.

- Катя, после родов вы быстро пришли в форму. Как вам это удалось?

- Просто Илья бил меня и не давал мне есть. [Смеется.

) Если серьезно, до рождения Павлы я кучу времени посвящала диетам и спорту. Муж постоянно говорил мне: «Катя, прекрати париться, родишь ребенка — похудеешь».

Я думала, что это абсурд, ведь обычно происходит наоборот. Но, как ни странно, прав оказался Илья.

Наверное, я просто перестала переживать по этому поводу и похудела безо всяких усилий. — Илья, вы не были против, когда Катя вернулась в профессию вскоре после рождения Пети?

- Запрещать ей что-то было бы бессмысленно. Жизнь ведь очень переменчивая штука, так что пока есть желание и возможность, нужно заниматься тем, что нравится. Главное, что семья для Кати на первом месте.

Благодаря этому она все успевает и правильно расставляет приоритеты. По сути, я думаю, такой и должна быть настоящая мать: креативной, активной и бесстрашной. (Удыбается.

) — Вы оба снимаетесь в кино, Илья играет в «Мастерской Петра Фоменко». С таким количеством профессиональных и личных дел не появляется ощущения, что все поглощают быт и вечная суета? Илья.

Мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и все остальные пары с детьми. Иногда прибегаем к помощи няни, иногда справляемся сами. Катя.

Зато нам никогда не бывает скучно. Когда же я начинаю сходить с ума от обилия дел и усталости, мне помогает муж. От его слов: «Ложись спать, утро вечера мудренее» — сразу становится хорошо.

Конечно, иногда нужно и что-то большее, чем просто сон, — какой-то отдых. После рождения Пети мы пока куда-то надолго не отлучались, но на пару дней все же съездили на фестиваль «Зеркало» в Плес.

Оставили детей с няней и немного отдохнули. — С Ильей детей вы оставляете спокойно?

Катя. У нас какие-то ключевые моменты в воспитании детей зачастую решаются именно благодаря папе. Например, недавно именно он отучил Павлу от соски.

А когда на последнем месяце беременности мы остались без няни, втроем — только Илья, Павлуша и я, — дочкой в основном занимался он. — Катя, 11 июля вам исполнилось 30 лет. Вы чувствуете в связи с этим внутренние перемены? — Если написать на бумажке: «Катя Вилкова, 30 лет, замужем, двое детей», то получится какое-то досье взрослой, умудренной опытом, серьезной женщины, но совсем не мой портрет.

Я ощущаю себя лет на двадцать. В детстве замужние женщины с двумя детьми казались мне такими солидными тетями, и мне себя сложно с ними идентифицировать. У меня все так же спрашивают паспорт в магазине, когда я покупаю пиво мужу.

(Смеется.) Я даже не могу сказать, что с возрастом стала более уверенной в себе. На работе порой не могу сдержать восторга или смущения перед некоторыми актерами.

Мне до сих пор странно, что Владимир Машков — мой коллега. Но я думаю, это абсолютно нормально — сомневаться в себе: любая, даже самая красивая, женщина не может себе нравиться на все сто процентов. — Илья, в прошлом интервью нашему журналу вы рассказывали, что, познакомившись с Катей, увидели в ней девушку, которой нужно крепкое мужское плечо.

Какой вы ее видите сейчас? Илья.

Конечно, за последние три года мы оба сильно изменились. Катя теперь точно может опереться на крепкое мужское плечо.

(Улыбается.) Она абсолютно гармоничный человек, и, мне кажется, я многому у нее учусь.

Я вообще счастливый, у меня есть своя маленькая армия: жена, дочь, теперь появился и сын. Чувствую себя таким главнокомандующим, отдающим приказы, и жена в этом охотно мне подыгрывает. Важно понять, что эта наша игра в патриархат, семейную иерархию в определенный момент перестает быть игрой и превращается в своего рода закон, по которому мы живем.

Любой человек в такой системе, где муж — глава семьи, жена — его помощник, а дети — опора, будет чувствовать себя комфортно и гармонично. Мне кажется, это мечта любой женщины — чтобы ее вел кто-то, на кого можно в случае чего свалить неудачу. (Улыбается.

) Катя. Да, у нас всегда и во всем виноват Илья!

Даже когда он не знает, что, собственно, вообще случилось. (Смеется.

) Илья. И меня это вполне устраивает, честно.

И заставляет лишний раз подумать перед тем, как я принимаю важное для семьи решение. Я отвечаю не только за себя, но за весь наш маленький взвод, в котором теперь всех поровну — и мужчин, и женщин.

- А бывает такое, что приказы главнокомандующего в вашем взводе оспариваются? Катя. Дети практически всегда не согласны.

(Смеется.) Илья.

Бывает, что оспариваются, но выполняются. Катя всецело поддерживает нашу идею семейной иерархии, а если дети видят, что и мама с папой согласна, то берут с нее пример. И это правильно, потому что только в дисциплине мы обретаем определенную степень свободы.

Человек полагает, что именно вне правил он может дышать чистой грудью, но это не так. Лишь какие-то ограничения, незыблемые вещи помогают нам на самом деле понимать саму суть такой вещи, как свобода. — То есть у вас в семье все строго? Катя.

Знаете, многие издания пишут про то, что в нашей семье Илья такой деспот, и наверняка уже все представляют, что он ходит по дому с плеткой, да еще и линейкой по рукам бьет. (Смеется.) Но это абсолютно неверное представление о том, что такое дисциплина.

Илья. Дисциплина совсем в другом: что дети накормлены, что мы ночуем дома, что советуемся друг с другом по важным вопросам. Никто не живет поодиночке, не обращая внимания на интересы другого человека, — в этом суть семьи.

- И вы, Илья, также готовы поступиться личными интересами, если это будет на общее благо? — Конечно, без компромиссов ничего не имело бы смысла.

И вот еще парадокс: когда ты отказываешься от личных предпочтений в угоду другому, то получаешь отдачи больше, чем если бы жил только для себя. Куда больше удовольствия человек получает, когда совершает акт любви — уступает другому.

Вот основа всего: быть направленными друг на друга. — Катя, в одном из интервью вы говорили, что вас вдохновляет пример семьи Ивана Охлобыстина, у которого шесть детей. Значит ли это, что вы хотели бы в будущем родить еще четверых?

Катя. Дайте мне отдохнуть! (Смеется.

) Илья. Рождение и смерть — это два таинства человеческой жизни, которые, по большому счету, всегда происходят неожиданно. И рождение ребенка — это невероятный приток сил, радости, оптимизма.

Сейчас у нас Павлуша уехала к бабушке, и дома стало как-то непривычно и тихо без нашего «вечного двигателя». Петечка нас с Катей одной своей улыбкой может вывести из плохого настроения. Дети — это наш допинг.

Поэтому семьи, где много детей, — это семьи, наполненные радостью, каждый их день имеет особый смысл. И в этом плане пример Ивана, конечно, очень вдохновляет. Так что мы не боимся большого количества детей, мы просто ничего не планируем.

(Улыбается.)

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

Мода и красота